– С кем? А-а, это тот зеленый мячик с Регула?

– Он самый. Оказывается, он получает только 50 долларов в неделю. И у многих других ребят тоже очень низкий заработок.

Под ложечкой у меня заныло от дурного предчувствия.

– Майк, если вы желаете прибавки – я ведь не раз говорил, как высоко я вас ценю, – хотите накину еще двадцатку в неделю?

Он протестующе поднял руку.

– Речь идет не о моей прибавке, Джим.

– О чем же тогда?

Улыбка его стала еще шире.

– Вчера вечером мы устроили небольшое собрание и… в общем, организовались в союз. Меня ребята выбрали лидером. Я хотел бы обсудить с вами вопрос о повышении заработной платы всем экзотам.

– Вы шантажист, Хиггинс, ну как я могу…

– Спокойно. Вам ведь не понравится, если на несколько недель придется прикрыть всю лавочку?

– Вы хотите сказать, что устроите забастовку?

Он пожал плечами.

– Если вы меня к этому вынудите. Как иначе могу я защищать интересы членов профсоюза?

Я, конечно, еще поторговался, но в конце концов он выжал из меня прибавку для всей компании, прозрачно намекнув, что скоро поставит вопрос о новом повышении. Он не скрыл, впрочем, что готов дать мне возможность откупиться. Он хочет стать моим компаньоном и получать свою долю прибылей.

В этом случае он в качестве члена правления должен будет отказаться от профсоюзной деятельности. И, значит, я не буду иметь в его лице противника.

Но я буду иметь Хиггинса в самом центре предприятия, а он ведь не угомонится, пока совсем не вытеснит меня.

Однако ему меня не одолеть! Не для того я всю жизнь упражнялся в обмане и надувательстве! По-настоящему ловкий человек покажет себя, было бы только за что зацепиться! Я дал такую возможность Хиггинсу. Теперь он дает ее мне.

Он вернется через полчаса за ответом. Что же, он его получит. Я намереваюсь воспользоваться той самой лазейкой, которую он оставил мне, подписав типовой договор на роль экзота. Я в любой момент могу заявить, что он не представляет больше научной ценности, а значит, подлежит возврату на родную планету.